Article

Когда Турция была союзником России…

398 views

В связи с тем, что Турция снова заставляет говорить о себе, всё чаще всплывают страницы истории русско-турецких взаимоотношений, которые насчитывает годы кровопролитнейших войн, но за этим фактом прочно забылось одно обстоятельство – в XIX столетии был период, когда Турция была фактически союзником России и причём союзником военным, сторожившим южные рубежи Империи. Этот период длился недолго и вскоре закончился, приведя к новой войне. Это период 1833-1840 годов, когда между Российской и Османской империями действовал Ункяр-Искелессийский договор, по которому обе страны должны были защищать друг друга с оружием в руках. Что это был за договор и почему наш вечный южный враг и сосед стал военным союзником?

В XIX веке Османскую империю считали «больным человеком Европы», и готовились в случае смерти больного разделить его имущество, то есть забрать те или иные территории Империи, которые представлялись выгодными в стратегическом отношении другим державам. Россия традиционно претендовала на Босфор, так как это могло защитить вход в Чёрное море и обеспечить свободу торговли, так как активное освоение причерноморских степей привело к росту хлебного экспорта через Проливы. Но первая половина XIX века прошла под знаком колебаний российской политики от окончательного раздела Оттоманской Порты и до необходимости её сохранения. Как отмечал Александр I в инструкции графу Разумовскому, что слабость и политические беспорядки Османской империи служат драгоценным обезпечением безопасности России, и поэтому стоит прилагать усилия к сохранению её целостности. Так как после наполеоновских войн в Турции стало усиливаться влияние Великобритании, и туда стала возвращаться традиционная покровительница Порты – Франция, то пересечение интересов трёх великих держав в этом регионе делали неизбежным соперничество и борьбу за влияние и преобладание в этом регионе.

В 1831 году вассал турецкого султана Махмуда II египетский паша Мохаммед-Али восстал против него, желая добиться независимости Египта и направил свою вымуштрованную французами, закалённую в боях армию в Анатолию (территория современной Турции) и его войска в сражении под Коньей 21 декабря 1832 года разбили правительственную армию, а у султана не было ни войск, ни денег, ни времени, и Империя оказалась под угрозой крушения. Теперь Николай I взял курс на сохранение империи Османов. Опасаясь, что в случае победы Мохаммеда-Али в Константинополе прочно установится влияние Франции, и все русские выгоды приобретённые Адрианопольским миром 1829 года будут уничтожены, он отправил в Константинополь своего посланника генерал-лейтенанта, графа Н. Н. Муравьёва с предложением военной помощи Порте. Он прибыл в Константинополь как раз 9 (21) декабря, и уже 23 числа вручил султану предложение Императора о помощи, а затем отправился в Александрию к Мохаммеду-Али, чтобы отговорить его от похода на Константинополь. Тем временем русский флот в Чёрном море стал приводиться в боевую готовность, а Россия разорвала все отношения с Египтом. Султан, по сообщению русского посланника А. П. Бутенева, надеялся на силу остатков своих войск и просил воздержаться от присылки в Босфор русского флота и воспользовавшись задержкой продвижения египтян, попытался обратиться за помощью в Париж и Лондон, но там были заняты проблемой независимой Бельгии н им было не до востока, тем более Англию потрясали внутренние волнения, а Франция поддержала Али-Пашу. Поэтому 21 января 1833 года султан принял предложение Петербурга, обратившись к русскому посланнику Бутеневу с просьбой о скорейшей присылке русских сил на Босфор.

8 (20) февраля, эскадра черноморского флота, под командованием вице-адмирала М. П. Лазарева, численностью 4 линейных корабля, 3 фрегата, корвет и бриг, вошла в залив Буюк-дере на Босфоре. Адмирал имел секретную инструкцию, согласно которой русский флот должен был содействовать Турции в пределах чёрного и Мраморного морей и Проливов. 24 марта к нему прибыло подкрепление в виде эскадры контр-адмирала Кумани из 3 линейных кораблей, 1 фрегата и транспортной флотилии с 5 500-тысячным десантом с артиллерией и казачьими частями – 3 бригада 26 пех. дивизии из Одессы и 11 апреля к ним прибавилась эскадра контр-адмирала Сторожевского – 3 линейных корабля, 2 бомбардирских судна и транспортная флотилия с другой бригадой 26 дивизии числом 4 700 человек, в общей сложности русский флот насчитывал 10 линейных кораблей, 4 фрегата, 2 бомбардирских судна, бриг, корвет и транспортная флотилия. Войска были расположены в азиатской части Босфора, лагерем числом 10 200 человек в долине Ункяр-Искелесси. Оккупационная Дунайская армия, числом 30 000 человек, под командованием генерал-лейтенанта графа Киселёва, была приведена в боевую готовность.

Пребывание русских войск было знаменательно тем, что впервые за всю историю Османской империи её владыка посетил иностранное военное судно – флагманский корабль адмирала Лазарева «Память Евстафия». Адмиралу была вручена специально отчеканенная золотая медаль, а по уходе русского флота и войск адмиралы и генералы получили золотые медали с бриллиантами, штаб и обер-офицеры просто золотые, а солдаты и матросы – серебряные, не считая пожалованных морякам 60 000 пиастров из турецкой казны. Пока русские войска стояли на Босфоре, турки решили воспользоваться временем для улучшения укреплений защищавших Босфор и Дарданеллы, что было проведено под руководством русских офицеров, которые отослали планы этих укреплений в Петербург, среди них был будущий защитник Севастополя адмирал Корнилов, тогда ещё капитан.

Французский посол, адмирал Руссен, резко выступал против присылки русских кораблей в Проливы, но султан Махмуд не верил в его искренность, ввиду поддержкой Франции Египта, а после попытки прорыва французских кораблей через Дарданеллы, закончившуюся тем, что их отогнали огнём береговой артиллерии, выбор Константинополя в пользу Петербурга был несомненным. Сам Махмуд рассчитывал воспользоваться русской силой для окончательного усмирения непокорного вассала, но русское командование постоянно просило султана быть умеренным в отношении Мохаммеда-Али. Тем временем ввиду наличия русских войск и кораблей на Босфоре египтяне не решились на дальнейшее продвижение, и турецко-египетская война закончилась признанием Египта как вассала Порты соглашением от 8 апреля в Кютахье. Но во время переговоров возникла заминка – султан не хотел уступать египтянам Сирию, Палестину и Киликию, что вызвало новое прибытие русских кораблей на Босфор и увеличение русского десанта на 5 000 человек. Этот фактор явился решающим для Мохаммеда-Али, который не рискнул продолжать наступление своих войск, и 3 мая султан согласился на уступки. Теперь дело стояло за окончательным разграничением Турции и Египта, для чего в Константинополь прибыл полномочный посол и начальник всех сухопутных и морских русских сил на Босфоре, генерал-адъютант граф А. Ф. Орлов, дипломатия которого смогла обеспечить отход египтян под надзором русских офицеров, а также сломить сопротивление французского и британского послов. Когда султан получил известие об оставлении египетской армией Анатолии, Орлов смог добиться его согласия на союзный договор, что подкрепило начавшаяся эвакуация русских войск с Босфора. Как сам выражался о своей политике Орлов в донесении: «Турок надо ласкать одной рукой и показывать им кулак другой.» В целом, как отмечалось во всеподданнейшем докладе князя Меньшикова: «Хотя флот и сухопутные войска Вашего Императорского Величества призванные на защиту Царьграда, не имели ныне случая доказать на самом деле, сколь справедливо турецкое правительство могло надеяться на их содействие, но несомненно присутствие оных на Босфоре удержан Ибрагим-Паша (полководец Мохаммеда-Али – А. Т.) и на поприще побед своих сохранено спокойствие и утверждён готовый к падению престола султан».

26 июня русской дипломатией был одержан блестящий успех – в местечке Ункяр-Искелесси было подписано русско-турецкое соглашение на 8 лет. Россия и Турция отныне обязывались консультироваться в отношении вопросов безопасности и защищать друг друга от третьей державы. В 1 пункте договора значилось: «Поелику этот союз имеет единственной целью защиту обеих государств против всякого покушения, то Император Николай и султан обещали согласоваться откровенно касательно всех предметов, которые относились до их обоюдного спокойствия и безопасности, и на сей конец подавать взаимно существенную помощь и самое действительное подкрепление». То есть, Россия и Турция брали на себя обязательство взаимно охранять безопасность друг друга силой оружия. В договоре оговаривались сроки и размер военной помощи, правовое положение русских войск и флота в пределах и водах Османской Империи, подтверждал предыдущие русско-турецкие соглашения, расходы на войска и условия ратификации договора. Также договор имел и ещё одну сторону.

По секретному приложению, Россия снимала с себя это обязательство, а в обмен за это Турция должна закрывать Дарданеллы для иностранных военных кораблей по требованию русского правительства, что обеспечивало полновластное владычество русских в Чёрном море и безопасность южных морских рубежей Империи. Вот как это звучало в договоре: «Поелику Император Всероссийский желая освободить Порту от тягости и неудобств, которые произошли бы для неё от доставления существенной помощи в случае если бы обстоятельства оставили Порту в обязанность подавать оную, то Порта, взамен помощи, которую она в случае нужды обязана подавать по силе правил взаимности договора, должна будет ограничить действия свои в пользу Российского Двора закрытием Дарданнельского пролива т.е. не дозволять никаким иностранным военным кораблям входить в оный под каким бы то ни было предлогом». Также русским судам давалось право свободного прохода из чёрного моря в Средиземное и обратно.

Разумеется, Лондон и Париж отрицательно отреагировали на усиление России в зоне своих интересов и прислав совместную эскадру к Дарданеллам, угрожали Петербургу нотами, в которых в случае вооружённого вмешательства России в дела Османской империи они бы поступали так, будто Ункяр-Искелессийского договора не было, на что русский канцлер и министр иностранных дел К. В. Нессельроде ответил, что Россия будет действовать так, будто этих нот не существовало. В Европе на все лады перепевался тезис о том, что Ункяр-Искелессийский договор нарушает суверенитет Турции, а в британском парламенте договорились до того, что сей договор фактически передал Дарданеллы в руки России. Французский историк и политический деятель Гизо чётко обозначил последствия для России от этого договора: «Петербургский кабинет сделал из Турции официально своего подчиненного и из Черного моря — русское озеро, вход в которое охранялся этим подчиненным против возможных врагов России, без того, чтобы что-либо мешало ей самой из него выйти и перебросить в Средиземное море свои суда и войска».

Ввиду протеста Англии и Франции, русская дипломатия не замедлила обезопасить свои права в Проливах и Чёрном море. В 1833 году, в Мюнхенгреце, русским и австрийскими канцлерами Нессельроде и Меттрнихом было подписано соглашение о необходимости сохранения статус-кво в Османской империи и противодействовать новым покушениям Мохаммеда-Али, а в случае краха Империи действовать в духе солидарности, так как после Ункяр-Искелесси, Николай не боялся интриг Меттрниха. Союз с Австрией, и затем подписание соглашения с Пруссией и совместного русско-австро-прусского трактата обеспечило Петербургу мощную поддержку в восточном вопросе на континенте, но позже это соглашение критиковалось, как первый шаг к разрушению Ункяр-Искелесси.

В Лондоне, с 1830 года, министерство иностранных дел возглавлял лорд Пальмерстон, для которого эти договора были крупной неудачей британской политики. После неудачной попытки силового давления, он предложил «расширить» договор путём включения в него других великих держав, но эта идея не состоялась, из-за протеста Николая I и желания Франции усилиться в Сирии, путём поддержки Египта. Вскоре у Петербурга появился случай улучшить отношения с Лондоном, так как Франция активно поддержала Египет в новой войне с Портой, в 1939 году, и в 1840 в Лондоне появляется Русско-Британо-Прусско-Австрийский трактат, по урегулированию кризиса, фактически отменивший Ункяр-Искелесси, но взамен установилось русско-британское сотрудничество, которое оказалось недолговечным и привело к Крымской войне.

Текст: Александр Томилин

 

Список использованной литературы:

  1. Айрапетов О.Р. Внешняя политика Российской Империи 1801-1914. — М.: Издательство Европа, 2006.
  2. Горянинов С. Босфор и Дарданнелы. – С.-Пб., 1907.
  3. Дранов А.Б. Черноморские проливы. Международно-правовой режим. – М.: Юридическое издательство министерства юстиции СССР, 1948.
  4. Куропаткин А.Н. Задачи русской армии. В 3 томах. – С.Пб., 1910.
  5. Нольде Б.Э. Внешняя политика. – Петроград., 1915.
  6. Татищев С. Внешняя политика Императора Николая Первого. – С.-Пб., 1887.
  7. История дипломатии. – М.: Госполитиздат, 1963.
  8. История российского флота. – М.: Эксмо, 2006.
cool good eh love2 cute confused notgood numb disgusting fail