Article

Мятеж генерала Рохлина

1281 views

Январь 1995 года. В России третий год продолжается кризис, вызванный распадом СССР и последовавшей за ним гайдаровской «шоковой терапией». Российская армия с большими потерями ведет бои в Грозном – столице мятежной Ичкерии. Российская пресса в подавляющем большинстве на стороне чеченцев – журналисты НТВ берут интервью у Дудаева в Рескоме, российские войска в эфире открыто называют оккупантами, а в новостях сюжеты про убитых российских солдат сменяли интервью с чеченскими боевиками. Одним из немногих корреспондентов на федеральном телевидении, кто осветил российскую армию в Чечне с положительной стороны, был Александр Невзоров. Он снял репортаж на позициях 8-го Волгоградского  гвардейского армейского корпуса, действовавшего в Грозном составе группировки «Север» под  командованием генерал-лейтенанта Льва Рохлина. Во время новогоднего штурма части 8-го корпуса были единственными из ударной группы федеральных войск, кому  удалось закрепиться и удержать плацдарм в Грозном. Благодаря рохлинцам смогли выйти из окружения остатки 81-го самарского полка и 131-й майкопской бригады.

Каким же скандально известный автор «600 секунд» увидел боевого генерала, чьи бойцы единственные из группировки федеральных войск смогли создать плацдарм в Грозном на подступах к Дворцу Дудаева? «В треснутых очках, добрый и невозмутимый генерал, в горящем задымленном доме, под обстрелом дудаевской бронетехники…». В известном документальном фильме «Ад» есть этот эпизод – штаб Рохлинской группировки «Север» действительно располагался в подвале   обстреливаемого дудаевской артиллерией здания, из окон верхних этажей валил дым, в подвале же объектив запотевал – дым проникал и в подвал. В  горящем подвале,  полном штабной суеты, в паре сотен метров от вражеских позиций, «ласковый и невозмутимый», со слов Невзорова, генерал, командовал войсками, штурмовавшими кишащий боевиками город Грозный. Справедливо будет сказать, что Невзоров и Рохлин нашли друг друга – насколько уникальным в российской журналистике репортером был Невзоров, настолько выделялся в армейской среде Рохлин. Тем не менее, события в Грозном не станут кульминацией в жизни генерала.

Лев Яковлевич Рохлин родился 6 июня 1947 года в городе Аральске Казахской ССР в семье политического ссыльного Якова Львовича Рохлина. Интересна биография Рохлина-старшего – выпускник Киевского университета, в 1933 арестован по обвинению в антисоветской агитации и сослан в Казахстан, в 1942 призван на фронт, будучи этническим евреем, попал в плен к немцам, смог выжить благодаря знанию татарского языка, в 1946 освобождается из советского фильтрационного лагеря и возвращается в Казахскую ССР и там женится на матери Льва Рохлина – Ксении Ивановне Гончаровой. С 1946 по 1948 год в семье родились трое детей, вторым из которых был Лев. В том же 1948 году Якова снова арестовывают и дальнейшие его следы теряются – судя по всему, он умер в лагере. По другой версии, Яков Рохлин бросил семью с тремя детьми, но и тут дальнейшие его следы теряются. Сам Лев Яковлевич в программе «Акулы политпера» в 1998 году утверждал, что отец-еврей семью, все-таки, бросил. В дальнейшем, когда Лев Яковлевич уйдет в политику, недоброжелатели не раз вспомнят о его еврейском происхождении.

Одинокой матери с тремя детьми очень тяжело жилось в послевоенном периферийном городе. Единственной путевкой в жизнь для молодого парня была армия. Лев Рохлин поступил в  Ташкентское высшее общевойсковое командное училище, которое закончил с отличием в 1970 году. Начал свою карьеру в группе советских войск в Германии,  далее проходил службу в Ленинградском,  Туркестанском,  Закавказском военных округах.  Во время службы в Средней Азии трагически гибнет сын Рохлина – Игорь (второй ребенок в семье), от укуса ядовитого насекомого. Первым ребенком в семье Рохлиных была дочь Елена.

В 1982 году майор Рохлин отправляется служить в Афганистан. В должности командира отдельного мотострелкового полка участвует в кровавой операции по уничтожению отрядов оппозиции в провинции Бадахшан, где получает первое ранение. В результате плохо проведенной артиллерийской подготовки и ракетно-бомбовых  ударов, полк попадает в окружение и несет большие потери. В провале операции обвиняют Рохлина – снимают с должности командира полка и переводят на должность заместителя.  В начале 1984 года его восстанавливают в должности и присваивают очередное звание подполковника. В октябре 1984 года вертолет, в котором летел подполковник Рохлин, был сбит мятежниками. Жене, Тамаре Рохлиной, пришло известие о гибели мужа – в действительности у него был сломан позвоночник и обе ноги. После сложнейших операций подполковник вернулся в армию и продолжил службу в Туркестанском военном округе. В период распада СССР служил в Закавказье.

С отличием окончил Военную академию Генерального штаба в 1993 году. С июня 1993 года был командующим Волгоградского 8-го гвардейского армейского корпуса и начальником Волгоградского гарнизона. Когда в 8-й корпус прибыл новый командующий, там был развал. Не велась боевая подготовка, не проводились стрельбы, офицеры и солдаты жили своей жизнью, никак по службе друг с другом не соприкасаясь. Впрочем, типичное положение в российской войсковой части начало 90-х годов. Прошедшего Афганистан Рохлина это в корне не устраивало, и, вплоть до начала операции по восстановлению конституционного порядка в Чеченской Республике, корпус жил активной боевой жизнью. Так же полетели с должностей офицеры, не готовые к такой гарнизонной жизни. Пришедший генерал-самодур не только нарушил всеобщее спокойство в волгоградском гарнизоне,  он так же по мере сил занимался социальным обеспечением военнослужащих – жильем для офицеров, ремонтом казарм – всеми вещами, которые не видно на первый взгляд, но без которых армия не может существовать.

В 1994 году генерал-лейтенант Рохлин возглавляет группу «Север» федеральных войск в Чечне, сведенную из частей 8-го армейского корпуса, вошедшую на территорию мятежной Ичкерии через Дагестан. Дагестан был охвачен митингами и забастовками. На дорогах, где должны были пройти федеральные войска собирались толпы гражданских – спереди женщины, старики-аксакалы, чуть в стороне – молодые мужчины с волчьим взглядом и руками в карманах. Рохлину надо было избежать потерь и вовремя войти с вверенными ему войсками в Чечню. Вперед показательно была послана разведка, разведчики спрашивали у местных, как проехать, где какие повороты – им охотно отвечали. После возвращения разведки в расположение, рохлинская группировка двинулась прямо по полю, в обход разведанных ранее путей – и не зря, от местной милиции позднее поступили сообщения о тысячах митингующих с плакатами в духе «Ельцину-водка. Чечне-свобода», «Чечня – субъект Аллаха»  вдоль предполагаемого пути следования российских войск. Но эти митинги своих зрителей так и не дождались. Уже в Чечне в разговоре с комендантом надтеречного района Чеченской Республики, обещавшим положить под танки женщин и детей, Рохлин вспомнил Афганистан – с его слов: «Вы знаете, я был в Афганистане (чеченец  машет рукой) – там, говорю, такие необразованные афганцы, грязные (чеченец соглашается), только одно отличие от цивилизованных чеченцев – они впереди себя  женщин и детей не пускали».

31 декабря стоявшим на подступах к чеченской столице войскам неожиданно поступил приказ – выдвинуться в центр Грозного. Рохлин должен был вывести свои войска в район дворца Дудаева, называемого чеченцами Реском. В документальном фильме, снятом телекомпанией ТВЦ в марте 1998 года, Рохлин подробно описывает, в какой  атмосфере проходил штурм Грозного, о том, как вытащили из резерва 131-ю бригаду и бросили в Грозный, не поставив задачи, как 81-й полк вошел в город со всей техникой, со всеми тылами, тем самым забил улицу, что его и сгубило, как Рохлина по рации подгонял командующий объединенной группировкой войск Квашнин, как его действиями возмущался министр обороны Грачев – «Что ваш хваленый афганец? Что он отстает, другие подразделения уже выполнили задачу и и вышли в заданные районы». 1 января у Грачева был день рождения, и он хотел получить на него в подарок город Грозный – как в свое время Красная армия штурмовала города в канун коммунистических праздников. А отставали бойцы 8-го корпуса вот по какой причине – Рохлин не бросил свои войска кучей в город, как это сделали другие – тылы остались в пригородах, рохлинская колонна, продвигаясь в глубь города постепенно уменьшалась – танки и БМП через каждые 50 метров, на перекрестках  становились на блок-посты – тем самым техника была равномерно распределена в зоне ответственности частей волгоградского корпуса, дорога оставалась свободной,  так же были прикрыты тылы и фланги. На следующее утро это спасло жизни рохлинцам и выжившим после ночной атаки боевиков бойцам 81-го самарского мотострелкового полка. А в 3 часа дня 31 декабря 1994 года российские командиры радостно докладывали «наверх», о том, что Грозный взят и пора грузиться в вагоны и готовить  дырки под ордена. И только Льва Рохлина отчитывал по рации командующий войсками в Чечне Квашнин. Как только наступили сумерки, наши солдаты услышали в своих  рациях – «Добро пожаловать в Ад!». Из мегафонов в окнах окружающих домов раздалось «Аллах акбар!». Наступал новый, 1995 год.

1 января нового года в городе организованное сопротивление оказывали только сводный полк волгоградского корпуса. К ним пробились остатки 81-го мотострелкового полка, 131-я майкопская бригада была разбита в районе вокзала и беспорядочно пыталась вырваться из города. Передовые позиции рохлинцев располагались районе 16-этажной высотки на подступах к дворцу Дудаева, там разгорелись самые ожесточенные бои – обладание этим зданием нефтяного института позволяло артиллерийским наблюдателям корректировать огонь артиллерии по всему городу. В горбольнице располагался штаб Рохлина, куда приезжал Невзоров (в его фильме «Чистилище», снятом на деньги Березовского, все события будут разворачиваться на территории этой самой горбольницы).

Далее рохлинцы штурмом овладели зданием Совмина, где понесли большие потери от действий собственной авиации, и гостиницей «Кавказ», тем самым замкнув сколько окружения вокруг Дворца и соединившись с группировкой «Запад» федеральных войск. В авангарде действовал разведбат сводного полка. К моменту штурма гостиницы «Кавказ» он насчитывал 40 человек – усиленный взвод, уставших, измотанных боями, имевших ранения, разведчиков. Рохлин вышел на связь с Масхадовым и предложил сложить оружие – со слов Льва Яковлевича, тот ответил в истерике, кричал, что чеченцы не сдадутся, у них много боеприпасов, хотя радиоперехваты разговоров между чеченскими отрядами говорили о другом. Чеченцы были в окружении, но позиции российских войск слишком близко находились рядом с ними — в случае применения авиации, повторилась бы трагедия,  произошедшая в время боев за здание Совмина. Расстрелять чеченцев танками – чеченцы были окружены, можно было зацепить своих. На штурм Рескома отправился все тот же многострадальный разведбат. Но дудаевцы смогли просочиться (какой-то офицер получил тогда премию?) через боевые порядки, а в дворце Дудаева остались только снайперы-смертники, которых уничтожили «Шилки». Реском пал без боя ночью с 18 на 19 января. По легенде сначала над дворцом водрузили советский флаг — по аналогии с Рейхстагом, и лишь потом его сменили на российский триколор. Рейхстаг ведь тоже требовали захватить в канун праздника.  Далее были бои за площадь «Минутка», трампарк…  В январе 1995 года Рохлина представили к званию Героя России. Но он отказался принимать награду за участие в гражданской войне – именно так Рохлин  видел чеченскую войну: «В гражданской войне полководцы не могут снискать славу. Война в Чечне – не слава России, а её беда».

В России о той войне незнаменитой, как назвал в свое время Александр Твардовский советско-финскую войну, обернувшейся такой же трагедией для советской армии, мало кто думал- разве семьи солдат и офицеров, служивших там. А по каналу НТВ или в программе «Взгляд» брали интервью у чеченских партизан, рассказывающих о том, как они бьются за нашу и вашу свободу против убийц-федералов, посланных Ельциным снова отправить чеченский народ в депортацию. Оставался депутатом госдумы Сергей Адамович Ковалев, глава Комитета по правам человека, сидевший в подвале дворца Дудаева во время штурма и призывавший наших солдат сдаваться, где их ждала мученическая смерть. При штурме здания Совмина дудаевцы живьем привязали проволкой к окнам российских пленных и стреляли, прикрываясь ими, по атакующим. Многим отрубали руки, ноги, гениталии, головы, разбивали молотками запястья рук – традиционная вайнахская жестокость. Тех, кого оставляли невредимыми, продавали как рабов. Ичкерия по праву считалась центром работорговли на постсоветском пространстве. Рохлин считал чеченскую войну бандитской разборкой, начавшейся из-за того, что Дудаев перестал делиться нефтью с российскими олигархами. Жизни солдат и мирных жителей были лишь разменной монетой.

Любопытный эпизод произошел в Волгограде при подготовке к празднованию 50-летия Победы в Великой Отечественной войне. Повседневная города суета текла серыми буднями, и никто не знал, сколько вдов и матерей оплакивали своих мужчин. Никто не знал, что «за голову» генерала Рохлина полевые командиры отдали бы все на свете. Кроме того, город готовился к празднованию Дня Победы, и по сравнению с этим великим праздником временное прекращение бойни в Чечне казалось просто ничтожным событием. Как ни странно, но большинство рассуждало так, что Чечня все-таки далеко, а славный Мамаев Курган здесь, родной и прославленный по миру, из каждого городского окна виден. Генерал Рохлин и его гвардейцы не остались в стороне от подготовки к празднику. 9 мая 1995 года в день 50-летия Великой Победы едва ли не на каждом высоком дереве на склонах Мамаева Курганы сидел снайпер. Лев Рохлин представил публике (гости были со всего мира) премьерный показ живой панорамы Сталинградской битвы. Бойцам 68-го разведбата, только что воевавшим не понарошку, сыграть в этом импровизированном спектакле под небом не стоило большого труда. На зрителей он произвел очень сильное впечатление своей неожиданностью и яркостью, и вряд ли кто забудет рев штурмовиков фронтовой авиации у себя над головой и разрывы учебных мин буквально под своими ногами. Это действо вошло в историю города под названием «рохлин-шоу».

После завершения штурма Грозного Рохлин увольняется из армии и идет в политику. В декабре 1995 года он был избран депутатом Государственной Думы РФ второго созыва по федеральному списку избирательного движения «Наш дом — Россия». В это время Лев Яковлевич оказался втянут в коррупционный скандал. После взятия аэропорта Северный в Грозном в декабре 1994 года, там осталось большое количество выведенных из строя самолетов дудаевской авиации. Молодым призывникам было интересно лазить по брошенной технике, дергать за всякие рычаги – один военнослужащий сел в кресло пилота, включил катапульту, в итоге у солдата были переломаны почти все кости. Подобных ЧП было масса. Рохлин заметил, что помимо того, что брошенная дудаевская авиация являлась источником потерь для российской армии, она была еще металлоломом. Лев Яковлевич организовал продажу остовов самолетов, на вырученные деньги в Волгограде было построено жилья для офицеров. В министерстве обороны по этому поводу началось разбирательство. Министром обороны тогда был Павел Грачев по кличке «Мерседес», данной убитым журналистом  «Московского комсомольца» Дмитрием Холодовым. Убийцы журналиста так и не были найдены. А с Рохлина, после разбирательства в Генеральной прокуратуре, все обвинения были сняты. Ситуация напоминала сюжет про Юрия Деточкина из фильма «Берегись автомобиля». В конце концов, можно сказать, что как политику Рохлину этот скандал был на руку и вполне заслуженно – офицеры годами ждали в очереди квартиры, а инвалидам войны платили пенсию порядка 300 рублей. В 1996 году Рохлин, будучи председателем комиссии Госдума по обороне, выступает с докладом по уничтожению колонны 245-го мотострелкового полка российских войск у села Ярыш-Марды.  В ходе боя погибли 73 российских солдат и офицеров – большие потери даже для активной фазы боевых действий в Чечне в декабре 1994 – марте 1995 года, а для партизанской войны 1996 года это была просто катастрофа. В докладе, помимо освещения проблем армии, халатного отношения командования 245-го полка к несению службы в зоне боевых действий, резкой критике подверглись министр обороны и весь курс, проводимый президентом и правительством, чья политика довела армию до такого состояния.

Из «партии власти», которой тогда была НДР, Рохлин, разочаровавшись, вышел в 1997 году. По его словам, он считал, что можно что-то изменить изнутри. В итоге Лев Яковлевич организовывает «Движение в поддержку армии» вместе с бывшим и. о. министра обороны РФ Игорем Родионовым (командовал советскими войсками при подавлении беспорядков в Баку в январе 1990 года), бывшим командующим ВДВ, министром обороны во версии Верховного Совета  с 22 сентября по 4 октября 1993 года Владиславом Ачаловым, бывшим главой КГБ, членом ГКЧП Владимиром Крючковым, одиозным генерал-полковником в отставке Альбертом Макашовым, Виктором Илюхиным – прокурором, председателем комиссии Госдумы по безопасности, давшим огласку делу о «коробке из под ксерокса», выдвинувшим предложение по вынесению импичмента Ельцину в 1999 году (и пережившим покушение тогда же), и вынесшим обвинение действующему Президенту в «измене Родине» в 2011 году, после чего через месяц Илюхин скончался от сердечной недостаточности. ДПА активно участвует в общественной жизни страны – Рохлин выступает на митингах в различных городах России, встречается с шахтерами, бастовавшими и бившими касками об асфальт у здания парламента. Рохлина приглашают на телевидение, его спрашивают движении ДПА, о войне в Чечне.

Каким видели будущее России Рохлин и его единомышленники после отставки Ельцина? Риторика Рохлина была державно-патриотической, но при этом он был против возвращения коммунистической идеологии. В экономике – китайская модель. «Он имел очень четкую программу поддержки производственного бизнеса, в разработке которой принимали участие я и мои коллеги из Института системного анализа РАН — я с ними активно консультировался», — рассказывает бывший советник Рохлина Петр Хомяков. — «Так что бизнесмены-производственники поддерживали генерала и всячески тайно ему содействовали». После переворота во главе государства предполагалось поставить Комитет спасения России, от участия в котором Лев Яковлевич категорически отказался. Рохлину претил и национализм – здесь весьма удивительным выглядело сотрудничество одиозного антисемита Макашова и еврея по отцу Рохлина. В своих выступлениях Лев Яковлевич признавал Россию православной страной, а русских титульной государствообразующей нацией. Критиковал председателя иудейской общины РФ, владельца НТВ Гусинского.

19 мая 1998 года на заседании фракции КПРФ решено начать процедуру импичмента, что было подтверждено постановлением президиума НПСР.  Процедура импичмента Ельцину была инициирована на основании пяти обвинений: развал СССР; разгон Съезда народных депутатов и Верховного Совета в 1993 году; развязывание войны в Чечне; развал армии и геноцид русского народа. На следующий день депутаты от КПРФ собрали 177 подписей за начало процедуры. 19 июня 1998 году создана специальная комиссия Госдумы. 29 июня 1998 года спецкомиссия Госдумы провела первое заседание. В феврале комиссия завершила подготовку заключения по всем пяти пунктам обвинения депутатами главы государства. Документы переданы в Совет Госдумы. На этом фоне разворачивалась активная подготовка Рохлина и частей 8-го армейского корпуса к «походу на Москву». По утверждению Виктора Илюхина, рохлинцы не собирались штурмовать Москву – они «хотели прийти на Красную площадь и встать перед Кремлем». «Гражданской войны не будет – билеты уже заготовлены», – говорил Лев Яковлевич в интервью о ельцинском окружении. «Мы сметем этих Рохлиных!» – несколько позже заявил перед телекамерами Ельцин.

Со слов бывшего заместителя командира 8 армейского корпуса Николая Баталова, Ельцина планировали арестовать 20 июля. Николай Баталов – тот самый полковник из невзоровского репортажа «Ад», у которого  из Грозного — «снайпер пять с половиной зрения». Рохлина была готова поддержать вся армия – вплоть до того, что кремлевский полк получил затворы для своих карабинов(на парадах полк выступает без затворов, с небоевым оружием). В рязанском высшем командном училище ВДВ отменили курсантам стажировку – вернули с полигонов в Рязань. Ходили слухи о сотрудничестве с Рохлиным мэра Москвы Лужкова. Внешняя поддержка должна была прийти с Запада. Конечно, не от НАТО, а от Александра Лукашенко. Солидарны с Рохлиным были и РВСН. В свою очередь, МВД, следовательно и внутренние войска, приняли сторону Ельцина. Первая попытка переворота случилась в 20-х числах июня – командный пункт корпуса был выведен в поле, войска были готовы к выходу, но дороги к Москве оказались блокированы бригадой внутренних войск – Рохлина прослушивали ФСБ, за ним велась слежка. Конспирация была на очень низком уровне. Вторая попытка была назначена на 20 июля 1998 года. До этого дня Лев Яковлевич Рохлин не дожил.

3 июля 1998 года Рохлин был убит на собственной даче в деревне Клоково Московской области. Прокуратура утверждала, что в спящего генерала из наградного пистолета стреляла его супруга Тамара. Причина — семейная ссора. Сторонники генерала уверены: это месть Кремля и попытка предотвратить армейские выступления. Владислав Ачалов прямо называет убийство «политическим», рассказывает, что после смерти Рохлина в лесу нашли «обгоревшие трупы» – так были «ликвидированы ликвидаторы или те люди, которые участвовали в этой операции». Николай Баталов не исключает того, что Рохлина действительно убила его жена – ей могли вколоть что-либо, она три месяца после убийства лежала в больнице будто зомбированная. Еще раз напомню слова, сказанные Ельциным на всю страну по телевидению – «Мы сметем этих Рохлиных!».

Тамару Рохлину судили почти 7 лет.  В 2005 году Европейский суд по правам человека удовлетворил жалобу вдовы генерала на долгое рассмотрение дела в суде, отметив, что протяженность судебного процесса, составляющая более шести лет, представляет собой нарушение Европейской конвенции по правам человека в части «права на справедливый процесс в разумные сроки». После этого Наро-Фоминский суд приговорил Рохлину к четырем годам заключения, но зачел в этот срок содержание в следственном изоляторе. Рохлина оказалась на свободе и приговор не оспаривала. Александр Литвиненко в своей книге «Лубянская преступная группировка» вспоминает о своем прибытии в Лефортово весной 1999 года: «Меня обыскали, осмотрели, заглянули куда надо, пощупали. Потом завели в камеру на втором этаже. В соседней камере сидела женщина, она постоянно кричала по ночам. Я думал, может, её там мучают? Позже узнал, что это была жена Рохлина».

После убийства Рохлина 8-й армейский корпус был расформирован, знамя корпуса, участвовавшего в освобождении Сталинграда, было убрано из музея Сталинградской битвы. Даже косвенное участие офицера в подготовке к мятежу становилось клеймом на его карьере – такого не брали даже на Северный Кавказ. «Путчист, ты у меня служить не будешь, езжай в Забайкалье», – сказал бывшему начальнику связи 8-го корпуса Виктору Никифорову командующий войсками Северо-Кавказского военного округа Виктор Казанцев. Движение в поддержку армии после смерти Рохлина распущено не было, но без своего создателя и лидера быстро потеряло былую известность. В мае 1999 в Государственной Думе был рассмотрен вопрос о досрочном прекращении  полномочий президента РФ. По итогам голосования 15 мая ни по одному пункту не было набрано достаточного количества голосов для начала процедуры отрешения президента от власти. Ельцин остался президентом еще на год.

Текст: Павел Королевцев

cool good eh love2 cute confused notgood numb disgusting fail