Article

На селе: эмоциональная заметка

136 views

Современное общество в России сильно изменилось с периода 90-х годов. Такая иллюзия создаётся на первый, поврехностный взгляд, и будем честными, основания для такого имеются. Возьмём к примеру традиционную для России аграрную сферу. Если деревни и вправду вымирают, то дачи превратились в маленькие и очень ухоженные хозяйства, на которых много современных россиян среднего достатка не только проводят свой летний досуг, но и занимаются хозяйством на грядках и в садах, активно поедая собственные овощи и фрукты. Но что же представляют из себя сами эти дачники, для многих из которых эти дачи являются важным подспорьем в существовании.

На днях мне довелось быть свидетелем ссоры двух дачников по поводу рубки леса для отопления дач. Оба дачника применяли в своей речи невероятное количество грязных ругательств, переходили на личности, причём один из них был пожилой а второй лет 30, и последний не стеснялся в самых грубых оскорблениях в адрес пожилого дачника. Внешность его внушала если не брезгливость, то неприязнь – рваные шорты, покатый лоб, грязные тапки, небрежное покуривание папироски, его лицо напоминало лицо боксёра Николая Валуева, поведение же было дерзким и вызывающим.

Вышеописанный типаж может вызвать неприязнь или недоумённое пожимание плечами – типичный житель «многонациональной», с типичными для его среды манерами, что тут удивительного. Но дачный участок типажа поражал своей ухоженностью и аккуратностью, чувствовалась рука хозяина берегущего своё добро. Всё это вызывало горечь, что такие хорошие хозяева по своему поведению не отличаются от уголовников или алкашей. Но если мы посмотрим на то, что из себя представляла жизнь буквально лет 5 назад, ничем не отилчаясь от жизни в эпоху «развитого социализма», то всё будет более чем понятно. И воистину, этот мужичок стал естественным продуктом тех экспериментов которые ставились над селом с 1917 года, от «Чёрного передела» и кровавых подавлений крестьянских мятежей при Ленине, сталинской коллетктивизации и колхозного «второго крепостного права», хрущёвских бездумных «укрупнений» хозяйств, брежневского выкачивания соков из села на поддержание промышленности строившей танки, подводные лодки, для «последнего и решительного боя», тех безпорядков вызванных перестройкой и обворовывания спивавшейся и нищей деревни при Ельцине, иного типа, которым всё обещали светлое завтра, а за счёт голодного сегодня, травили менявшейся в зависимости от нужд момента идеологией, создавая псевдорелигию, которая оказалась дескредитированной, и теперь ни у кого не сотанется сомнений откуда мог выйти такой типаж. Даже генетика поменялась до неузнаваемости.

В русской литературе он получил своё воплощение в небезызвестном Полиграф Полиграфовиче, но он теперь не хочет отнимать и делить, а взялся за хозяйство, но прежнее собачье средце осталось, и меняться оно не собирается.

После прочтения возникают сразу два извечных русских вопроса – кто виноват и что делать? Если на первый вопрос ответ уже осдержится в этом тексте, то на второй чрезвычайно сложно ответить. Маниловские прожекты, увы, так характерны для слоя образованных лиц и «креативного класса». Обратимся же к примеру из «самого важного из всех искусств». Режиссёром Владимиром Хотиненко был снят в 90е годы замечательный фильм «Мусульманин». Сюжет прост и незамысловат – солдат вернулся из афганского плена, приняв там ислам и теперь строит свои отношения с его односельчанами и родственниками. Разителен контраст между верующим и работающим не покладая рук, не ворующим, не пьющим Николаем – Абдаллахом и его алкоголиками и лентяями односельчанами, крещёными, но усердно попирающими все заповеди подряд. Это заставляет задуматься о многом, как вера преображает душу человека, который рассматривает свой труд, как задание данное ему от Бога, и понимает, что всякий порок уводит его в сторону и ведёт к погибели. Взаимоотношения его с односельчанами прекрасно можно проиллюстрировать отрывком из воспоминаний бывшего чиновника, служившего одно время в Тамбовской губрении в годы гражданской войны и внимательно наблюдавший за жизнью и бытьм русских мужиков: «В общем, громадное большинство односельчан относилось к нему без зависти и враждебности, а относились к нему враждебно лишь лентяи, пьяницы, воры, вообще опустившийся элемент, а также люди желчные, озлобленные жизненными неудачами и завистники. Но последних имеется немало среди всех классов общества.» (Окинский А.Л. «Два года среди крестьян. Виденное, слышанное и пережитое в Тамбовской губерни с ноября 1918 до ноября 1920» М.: Русский путь, 1998.).

Подовдя итог данной заметке, стоит повториться, что самыми удачными предпринимателями и крепкими крестьянами считались старообрядцы – люди считавшие своё дело Божьим делом. Вера была не только стимулом к успеху, который был средством выживания, но и сосредоточием жизни этого человека, оттого часто дворники в дореволюционной России брались из старообрядцев или мусульман – как исполнительных, трезвых и ответственных людей. Это должно быть стимулом к тому, чтобы русский и православный ассоциировалость с тем, что человек профессионал, исполнительный и ответственный. Учитывая то, что сейчас в России за веру не преследуют – ответ на вопрос что делать уже есть.

Текст: Александр Томилин

cool good eh love2 cute confused notgood numb disgusting fail